Фотомозаика. Поехали на йух! Пора!

Есть у меня кадры, которые я не знаю, как вам показать. Что с художественной, что с профессиональной точки зрения весьма посредственные и малоинтересные. Но на самом деле они — разноцветные кубики смальты, глядя на которые, я вижу протяжённую во времени и пространстве большую яркую мозаичную картину с массой элементов, орнаментов. И каждый кубик узнаваем. И каждый на своём месте.

Давайте потихоньку собирать мозаику. И если результат доставит вам удовольствие, я буду рада. Для меня-то и процесс сладостен 🙂

Вот, например, вот эти кадры. Чем они пахнут? Каковы они на ощупь?

Терпкий запах — вяленые водоросли. Недостаточно вяленые для того, чтобы быть сухими, и как следствие, дьявольски скользкие. Потираю ушибленные бедро и зад, на которых уже завтра расплывётся здоровенный лиловый синяк. И ладонь свезла, конечно. И опять запястье пухнет. Но это уже привычно. Оно кривое с детства — благодаря дебильной привычке выставлять руки, если земля вдруг с размаху отвешивает сочный шлепок по заднице. Когда училась ездить на роликах, она меня не подвела. А страх, что ролики отберут, заставил перемолчать и скрыть травму от родителей. Пермолчала. Рука-кочерга досталась в награду смелой партизанке.

Я студентка. Это второе море в моей жизни. Я почти не умею плавать. Безумное паническое барахтанье в воде не в счёт. Через несколько лет я снова приеду проверять, что крепче, — пирс или мои ягодицы. И через ещё год. И ещё. Снова и снова. Из года в год. И гнать меня по этим плитам будет зависть. Дурь, зависть и злость.

Моя подруга, проскользив мимо меня по мокрым плитам пирса, встаёт на цыпочки на уголке, каким-то неуловимым движением рук и ног выталкивает вытянутое в струнку тело и упруго и гладко ныряет. Ульк — и она уже еле видимый под толщей воды бледный, искажённый игрой света на волнах, силуэт. А я сижу на тёплом шершавом камне и стараюсь спрятать пунцовые пятна на бёдрах, на животе и на лбу — последствия моих утренних упорных попыток сделать что-нибудь подобное. Вам доводилось когда-нибудь отшибать лицо об воду? Я овладела этим искусством в совершенстве! Сижу и готовлюсь преодолеть обратный путь по пирсу на берег. Пирс дли-и-и-и-инный…

Сейчас он совсем состарился, лишился поручней и лесенок, ведущих в воду. Но возле левого угла под водой по-прежнему «яма» — там глубина больше, чем мой немаленький рост. Прежде чем нырять, мы всё вокруг проверяли.

Про зависть и злость вы уже всё поняли. А дурь свела судорогой язык и не давала попросить кого-нибудь помочь и научить. И я вновь и вновь вставала пораньше, чтоб успеть до наплыва «зрителей», шла по скользким плитам и раз за разом прыгала, злясь на себя и пытаясь понять, что же делаю не так.

В конечном итоге я научилась. И нырять, и плавать. И с уголка пирса, и просто с места. С открытыми глазами, чтобы видеть, как приветственно машут длинными прядями водоросли, как пляшут солнечные зайчики на камнях на дне. И с тех пор парить в глубине, подныривать, ощущать движение воды по коже при каждом гребке — огромное удовольствие для меня. Люблю. Часами могу дурачиться и нырять. Сколько линз смыто с глаз за это время, сколько серёжек и колечек утеряно… Дары духам моря.

Горжусь этим достижением. Долгое время я панически боялась воды — в малолетстве утонула, и этот опыт дал себя знать потом. Мне было стыдно, я изображала нелюбовь к воде, но внутри очень-очень хотела уметь плавать. И именно с открытыми глазами — чтоб всё можно было рассмотреть. На вопрос «а если б ты могла выбрать две суперсилы, ты какие бы выбрала?» я и до сих пор могу ответить — умение летать и умение дышать под водой. Правда, сейчас я бы ещё умение врачевать добавила бы, наверное. Но это из совсем другой оперы.

На протяжении многих лет сначала каникулы, а потом и отпуска мы проводили именно на этом пирсе. С перерывами на сон, походы за водой и дровами, варево еды на костре, марш-броски за вином и потребление оного.

Лиманчик.

Для каждого студента РГУ это совершенно особое место. Всё началось 80 лет назад — в 1938 году. Винзавод Абрау-Дюрсо предоставил университету для исследовательских и научных нужд ущелье с озером Малый Лиман (Лиманчик) на 20 лет. Ну, а через двадцать лет студентов оттуда уже ничем было не выкорчевать. С 1956 года лагерь существовал фактически, а в 1958 году это было оформлено юридически.

Озеро уникальное. От моря его отделяет тонкий каменный перешеек. И при этом вода в море остаётся солёной, а вода в озере — пресной. Ходят легенды о том, что глубины Лиманчик неимоверной, но мне видится более достоверной информация, которая гласит, что там не больше 5,5 метров. Вокруг озера множество родников с очень вкусной сладковатой на вкус водой. Говорят, что именно поэтому у озера есть ещё одно имя — Сладкий Лиман.

Вот, смотрите, перед нами Лиманчик, а противоположный его берег и есть та самая каменная гряда, за которой море.

Лиманчик окружён лесом, в котором можно найти и дубы, и фисташковые заросли, и держидерево, и скумпию, и ароматные заросли можжевельника. В шкафу до сих пор лежит щепочка, подобранная на тропе — невероятно, как долго пахнет можжевельник. Если её потереть между ладонями, еле уловимый, но узнаваемый аромат тут же ощущается. И руки потом долго пахнут.

Там водятся вороватые соньки, которые с большой скоростью находят припрятанные запасы неупакованной еды и уничтожают её. Я как-то раз сама, вернувшись в темноте в палатку, выхватила светом фонарика застывшую в ужасе соньку. Меня поразило, что она была невероятно тощая, и то, как она вцепилась в свою добычу — зажатую в зубах корку хлеба так и не выпустила, удрала с ней.

Лагерь состоит из упрятанных под деревьями пары корпусов, нескольких домиков, спортплощадки, столовой и туалета, конечно. Территория ухожена ровно в той степени, в которой я люблю. Минимум вмешательства человека. Никакого тебе изуверского ландшафтного дизайна.

Туалет… Это долгое время был наводящий ужас одним упоминанием «зелёный домик». Некоторое время назад его облагородили, обложили кафелем, поставили кабинки. Я прочитала об этом в блоге одного из лиманоидов и была потрясена. Ах, да, я увлеклась. Вы же не знаете, кто такие лиманоиды…

Дело в том, что «матрасники» — отдыхающие по путёвкам и участники всевозможных выездных семинаров и конференций — это ничтожно малая толика приезжающих сюда. Основное население лагеря живёт за его забором, расселившись на постоянных и временных палаточных стоянках. Из-за естественного ландшафта такой вид размещения называется «на горе». Гора есть левая, есть правая. Все пригодные для палаточного лагеря места уже давно разведаны и «каталогизированы» — «на корме», «за ректорским домиком» и т. д. Есть именные, персональные стоянки, на которые из года в год ездят одни и те же люди. «Телевизор», «Кровавые эмбрионы», «Аяйство» и так далее. Встретишь, бывало, на пирсе знакомого и первый вопрос «Где встали?». Все эти ориентиры помогают дать почти точные координаты своей стоянки, чтобы вечером к палатке из темноты вынырнули гости с гитарой, гостинцами и свежими байками. Ну, если повезёт. Бывает, что принесут нетрезвое «тело» для отоспаться (упился, обокрали, жрать и спать негде, приютитехристаради).

И сколько лет сюда ездят палаточники, столько лет с ними ведётся непримиримая борьба.

Прелесть в том, что и те, кто ходит рейдами и срезает палаточные стоянки, и те, кто в этих палатках живут, прекрасно знают друг друга. Администрация лагеря совсем не монстры. И они сами были студентами. И знают, что очень часто в палатках селятся не обалдуи-студенты, а те, кто давно уже выпустился, а иногда и преподаватели с семьями. По правилам — никаких палаток быть не должно. Но из года в год тянется вереница разновозрастных «дикарей» с рюкзаками на спинах, забитыми консервами и крупами с макаронами, которым сейчас на смену пришли «дошираки». Большинство ездит сюда каждый год, многие имена и лица знакомы и на слуху. Палатки всё же стараются ставить за забором. На территории палаток, действительно, не бывает.

Поезд «шесть-семь-восемь» из Ростова-на-Дону до Новороссийска битком был забит студентами, которые бельё не брали, — спальники же есть — в отличие от денег. Гомонили и пели под гитару, расписывали пульку, договаривались скооперироваться, чтобы автобусом добраться до Абрау, а оттуда нанять машину до лагеря. Машину не для проезда, а чтобы довезти огромные неподъёмные баулы и одного сопровождающего, а самим налегке шлёпать пешком. Охотников ехать сопровождающим было не особо много. Тех, кто шёл пешком, ждали по дороге купание в озере Абрау, сочные горяченные чебуреки, которые жарили прямо при покупателях в местной чебуречной, ну и покупка вина с собой с неизменной дегустацией. Сейчас это почти в прошлом. Всё чаще в Лиман едут на машинах — предварительно в сети находят попутчиков, делят плату на всех. Так выгоднее и веселее. Да и на смену медлительному «шесть-семь-восемь» прилетели «Ласточки», которые могут домчать до Новороссийска за считанные 5 часов.

Вот нашла вычисления и карту, которые сделали ребята (источник). Цитирую: «В очередной раз на дружеской попойке всплыл этот вопрос. И наконец то я вспомнил, что он решаем при помощи Яндекса с точностью до сотни метров.
1) 5.05 км — от шоссе через Абрау до ворот Лиманчика по дороге
2) 3.78 км — от винзавода до Лиманчика, если по козьей тропе»

Озеро Абрау невероятной красоты. И всегда было.

Так ехать, как я, — одна в пустой машине — это чистое «мажорство». Но я ехала в гости — к пирсу, к морю. Я не планировала оставаться. Просто была рядом по делам, удалось урвать пару часов и заскочить.

Вода в озере бледно-зеленоватого оттенка. Разбелённая бирюза. Не особо прозрачная, но очень чистая.

Но вернёмся к нашим лиманоидам. Год за годом они приезжают и живут на горах — кто неделю, кто месяц. Кто-то собирает валежник и плавник и готовит на костре. Кто-то возит с обой газовую печку. Кто-то расписывает пульку на пирсе каждый день, а кто-то таскает в бутылках воду из родника или выпрашивает набрать из крана в лагере. Поход в туалет — важное мероприятие, на которое собираются полдня, потому что после «зелёного домика» приличные люди сначала идут в море смывать с себя и с волос невероятное зловоние, которым пропитываешься в туалете буквально за секунды. А кто-то — снаряжает гонца за гонцом и отправляет их в Озерейку по берегу за домашним вином. Бывали экземпляры, которые смутно помнили даже процесс загрузки в поезд в Ростове.

Так было. Сейчас многие из тех лиманоидов, о которых я говорю, — бородатые дяденьки. Но если ты лиманоид, то ты лиманоид навсегда. Есть гимн Лиманчика. И есть сайт, который создан и поддерживается в рабочем состоянии теми, в ком Лиман живёт и поёт и по сей день.

Такая романтика, скажете вы… Зачем же бороться? А чтобы спасти. И самих лиманоидов —сколько уж их в совершенно невменяемом состоянии летело с гор кубарём, ломая руки-ноги. И горы. И озеро. Нормальные лиманоиды всегда следят за своими соседями по стоянке, содержат горы в чистоте, не рубят лес, не гадят в кусты, не беспредельничают. Но есть и всегда были те, кто едет туда просто «оторваться». И валяются бесчувственные «тела» на тропинках, и со скоростью пожара разносятся по горам слухи об обворованных палатках, о закончившейся плачевно драке и т. д.

Наверное, их можно было бы возглавить. Получится ли сохранить при этом дух Лимана, дух свободы — не знаю. Сейчас половина пляжа принадлежит пансионату «Звёздный», который выстроили рядом. Красивый новый пирс справа — это их.

Было время, когда судьба лагеря повисла на волоске экономических проблем. Все лиманоиды встали на защиту лагеря. И до сих пор нет уверенности в том, что и как там происходит, и как будет происходить. Я очень надеюсь, что вопреки всем экономическим проблемам он будет жить. Я понимаю, что шансы невелики, но всё же.

Именно сюда я приезжаю разговаривать с морем. Если уйти по пляжу пешком подальше, то можно остаться с ним один на один. Скользкие камни предательски убегают из-под ног и подставляют свои твёрдые бока точнёхонько под задницу. И снова я сижу на шершавом камне. И снова… Потираю ушибленные бедро и зад, на которых уже завтра расплывётся здоровенный лиловый синяк… Круг замкнулся.

Выхожу из лагеря, поднимаюсь по знакомому изгибу дороги, сажусь в машину.

Часов через 6 я буду уже дома. По дороге сделаю только одну остановку в садах. Это необыкновенно красиво!

Одуванчиковое облако прилегло вздремнуть в тенёчке между рядами яблонь. Тянутся вверх кудрявые белые полупрозрачные головы на тонких шеях и с любопытством заглядывают через плечо друг другу — «Что там? Вам не видно? Что там впереди?»

Сильный ветер. И стоит только шагнуть в это облако, как из-под ног разлетаются стремительно перепуганные пушинки.

Знать бы, что там, впереди… А пока что я, как всегда, закинула в машину палатку и спальники, и возможно, в этом году, наконец услышу, как по горам в темноте разносится громогласное «Пора!». Это ещё один кубик смальты. Часть лиманского ритуала.

Сейчас я вам расскажу. Итак, представьте, мы с вами сидим вокруг небольшого костерка. В кружках плещется купленное в Озерейке домашнее вино. Над нашими головами алмазной россыпью горят звёзды. Начинаем медленно, потихоньку, почти шёпотом

А-а-а-а-а… ка… ла…кольчики-бубеньчики зве-нят…

А-а-а-а-а мчались кони наши три часа подряд…

А притомились наши кони в долгий путь,

А не пора ли нам по рюмочке махнуть?

ПО-РА!

И эхом по горам несётся «пора…пора…пора…»

UPD: когда я писала этот пост, я осознанно опустила один факт. Какое-то время назад вышел на экраны фильм «Дикари». Режиссер и сценарист фильма Виктор Ширяев родился в Ростове-на-Дону, поступил на «мой» мехмат ;), где проучился всего три года, поскольку поменял вдруг резко планы на жизнь и продолжил учиться уже в ГИТИСе. В Лиман он, конечно, ездил. И со всеми «ключевыми» персонажами был знаком много лет лично и довольно близко. Когда снимался фильм, гудели все наши. «О нас фильм снимают! О Лиманчике фильм снимают!». И фильм посмотрел каждый, кто хоть как-то считает себя лиманоидом 😉 Персонажи и события, действительно, узнаваемы. Места, правда, не очень — фильм в Крыму снимали. Но душа, эмоции и чувства «на краю Лета» — они осязаемы.

Конечно, аудитория разделилась мгновенно на два непримирымых лагеря. «Остроконечники» твердили, что это НЕ ЛИМАН АЩЕ! «Тупоконечники» смеялись им в лицо и говорили, что не узнать Лиман в фильме может только тот, кто там только матрасником отдыхал.

Я утаила этот факт, чтобы не сбивать восприятие читателя, не влиять на него заранее. В моём блоге в жж , где традиционно многие с интересом обсуждают прочитанное, было много мнений и вопросов. И знаете, что? А ведь Вадим vakomin узнал в моём рассказе «Дикарей». 🙂 И это так приятно для меня, вы не представляете!

Вот рассказ создателя фильма, где он проясняет, что он хотел показать, что рассказать. И как получилось так, что Лиман узнают в фильме даже те, кто там никогда не был. Ну, и для интересующихся на сайте ещё много любопытного.

http://www.dikari.info/interview-gorodn.html

Вадим, спасибо тебе! Я тронута до самой глубины души!

2 комментария

  1. Танечка, как всегда-чертовски интересно всё-и фото, и сама тема, и манера подачи этой самой темы. Многие вещи типа синяки, например, узнаваемы на своей шкурке))).Всегда жду твои рассказы-повести-фотомозаики!

    1. Спасибо, Олечка! :)) Мне чертовски приятно! Это такой потаённый уголочек души и жизни. Очень надеюсь, что ещё не раз успею побывать там. И всегда будет, куда вернуться.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *